Московская консерватория. Пятница. Вечер. Студенты давно разошлись.
Небольшая старая аудитория. Запах натертого воском паркета. Притушенный
свет. Профессор по классу виолончели наконец один и, закрыв глаза,
что-то негромко играет. Тут входит уборщица Мария Петровна. Профессор
узнал ее по шагам и, не открывая глаза, спрашивает:
- Ну, что тебе, Мария Петровна?
- Да вот, Никанор Афанасьевич, проблема у меня. Внучек, Егорка - ему
семь лет, а уже онанизмом занимается...
- Ннн-да?..... Ну, где он? (продолжает играть на виолончели)
- Да вот он (из-за спины Марии Петровны выходит Егорка, неохотно,
стесняясь, смотря в пол).
Профессор (открывая глаза, но продолжая играть):
- Ну что, Егорка, сколько тебе годков-то?
- Семь.
- Семь? И уже онанизмом занимаешься?
- Да, Никакор Афанасьевич, занимаюсь.
Профессор, опять закрывая, задумчиво:
- Оно и верно. Рано еще, ебстись-то.
Небольшая старая аудитория. Запах натертого воском паркета. Притушенный
свет. Профессор по классу виолончели наконец один и, закрыв глаза,
что-то негромко играет. Тут входит уборщица Мария Петровна. Профессор
узнал ее по шагам и, не открывая глаза, спрашивает:
- Ну, что тебе, Мария Петровна?
- Да вот, Никанор Афанасьевич, проблема у меня. Внучек, Егорка - ему
семь лет, а уже онанизмом занимается...
- Ннн-да?..... Ну, где он? (продолжает играть на виолончели)
- Да вот он (из-за спины Марии Петровны выходит Егорка, неохотно,
стесняясь, смотря в пол).
Профессор (открывая глаза, но продолжая играть):
- Ну что, Егорка, сколько тебе годков-то?
- Семь.
- Семь? И уже онанизмом занимаешься?
- Да, Никакор Афанасьевич, занимаюсь.
Профессор, опять закрывая, задумчиво:
- Оно и верно. Рано еще, ебстись-то.
Симфонический оркестр. Все сидят, настраиваются, второй звонок уже. Первой скрипки нет.
Дирижёр в панике. В гримёрке — нет, в буфете тоже нет… Заглянул в туалет, а он там дрочит!!! Дирижёр, возмущённо:
— Боже мой, и это моя первая скрипка??!!! Локоточек выше! Кисть свободна!
Ты ж спортсмен, должен знать!