Я не столь консервативен.Если я могу что-то купить, то мне пофигу, спишется это с карточки, или будет взято из лопатника. Кстати, Попробуй что-нить купить в тырнете за то, что у тебя в кармане.
Когда берёшь в Мегастрое и Мурлене один и тот же товар то разница тоже колосальная.В такой стране живём.Просто на этот раз повезло.А через неделю из другой партии товар будет дрянь.
Правильно написано.Кусок картона это не деньги.Могут дать а могут и не дать.Подозрительный перевод.Сегодня прочитал что зам наебулиной сказал что люди не должны превращаться в рантье за счёт высоких процентов по вкладам.Мне давно тоже один умный человек сказал что в наши бакни я даже рваные галоши не положу на хранение и там на счёте всегда должен быть нуль.
Чеэт прошла головная боль то? А как потратить чтоб себя порадовать и на все остальное хватило, это не головная боль? От этого и сон портится, а после магазинов и силы уходят
революцию тоже нарекли Великой и праздновали 73 года. Только народишку при этом сгинуло поболе. Хотя и французы в этом плане тоже очень старались. А День взятия Бастилии больше российский/советский народный праздник.
Я вот помню, когда мужики «соображали на троих» часто возникал вопрос: «А за что пьём?». Просто так, ни за что, казалось неприличным. Ведь не пьянства ради. И вот тут, если подходящей темы не находилось, предлагалось выпить за «День взятия Бастилии». Дата в советское время была на слуху, как связанная с борьбой против тирании, поэтому повод был железобетонный. А так как дату Дату дня взятия Бастилии почти никто не знал, то подходил любой день. Вот и получалось, что день это отмечали много раз…
Надо заметить, что прежде чем толпа обезумевшего сброда пошла на Бастилию, она целый день крушила и грабила парижские дома, зверски убив сотни ни в чем не повинных людей, которые казались похожими на дворян и аристократов. В одном только Лазаристском церковном приюте после ее «визита» остались разгромленные винные погреба и 30 растерзанных трупов, в том числе — беременных женщин. Убивали также на улицах и площадях.
И тут по толпе прошел слух, будто в Бастилии хранятся несметные сокровища. Но после того как охрана, состоявшая из 82 солдат инвалидной команды и 32 наемных швейцарцев, впустила бунтовщиков в крепость, оказалось, что там нет ничего, кроме старинного архива (который, разумеется, был сожжен) и семи заключенных: четырех фальшивомонетчиков, двух буйнопомешанных и одного убийцы.
«Освобождение» сумасшедших стало весьма символичным моментом, поскольку начиная с того дня сперва Париж, а потом и вся страна на четверть века погрузились в атмосферу кровавого безумия, обошедшегося Франции более чем в полтора миллиона жертв. Одной из них вполне закономерно стал и сам провокатор Демулен, отправленный в 1794 году на гильотину бывшими сообщниками, которые даже его сочли уже недостаточно радикальным и революционным.
Одним словом, день взятия Бастилии нельзя оценить иначе как отправную точку страшной национальной катастрофы. Однако во Франции он почему-то является государственным праздником, ежегодно отмечаемым с большой помпой и алкогольными возлияниями.
Это вдвойне странно, поскольку нынешние власти Франции, вроде бы, не отождествляют себя с теми безумцами, которые более 200 лет назад развязали гражданскую войну и тотальный террор, а потом сами остались без голов. Более того, Франция с тех пор успела аж три раза свергнуть монархию, потом вновь ее провозгласить, а затем — опять свергнуть.
В принципе, я вполне могу понять наших, российских коммунистов, ежегодно отмечающих день захвата Зимнего дворца, а в бытность свою у власти проводивших по этому поводу парады, демонстрации, концерты и прочие свистопляски. Все-таки, они считают себя прямыми идейными наследниками тех самых большевиков, которые захватили власть в 1917 году.
Но какое отношение имеет месье геронтофил Макрон и прочие нынешние французские политики к Камилю Демулену и его подельникам, которые в 1789 году захватили, разграбили, а потом снесли Бастилию?
Ты мне кидаешь какую-то фигню, обмануть хочешь?
Почему то никто не отмечает.
Я вот помню, когда мужики «соображали на троих» часто возникал вопрос: «А за что пьём?». Просто так, ни за что, казалось неприличным. Ведь не пьянства ради. И вот тут, если подходящей темы не находилось, предлагалось выпить за «День взятия Бастилии». Дата в советское время была на слуху, как связанная с борьбой против тирании, поэтому повод был железобетонный. А так как дату Дату дня взятия Бастилии почти никто не знал, то подходил любой день. Вот и получалось, что день это отмечали много раз…
И тут по толпе прошел слух, будто в Бастилии хранятся несметные сокровища. Но после того как охрана, состоявшая из 82 солдат инвалидной команды и 32 наемных швейцарцев, впустила бунтовщиков в крепость, оказалось, что там нет ничего, кроме старинного архива (который, разумеется, был сожжен) и семи заключенных: четырех фальшивомонетчиков, двух буйнопомешанных и одного убийцы.
«Освобождение» сумасшедших стало весьма символичным моментом, поскольку начиная с того дня сперва Париж, а потом и вся страна на четверть века погрузились в атмосферу кровавого безумия, обошедшегося Франции более чем в полтора миллиона жертв. Одной из них вполне закономерно стал и сам провокатор Демулен, отправленный в 1794 году на гильотину бывшими сообщниками, которые даже его сочли уже недостаточно радикальным и революционным.
Одним словом, день взятия Бастилии нельзя оценить иначе как отправную точку страшной национальной катастрофы. Однако во Франции он почему-то является государственным праздником, ежегодно отмечаемым с большой помпой и алкогольными возлияниями.
Это вдвойне странно, поскольку нынешние власти Франции, вроде бы, не отождествляют себя с теми безумцами, которые более 200 лет назад развязали гражданскую войну и тотальный террор, а потом сами остались без голов. Более того, Франция с тех пор успела аж три раза свергнуть монархию, потом вновь ее провозгласить, а затем — опять свергнуть.
В принципе, я вполне могу понять наших, российских коммунистов, ежегодно отмечающих день захвата Зимнего дворца, а в бытность свою у власти проводивших по этому поводу парады, демонстрации, концерты и прочие свистопляски. Все-таки, они считают себя прямыми идейными наследниками тех самых большевиков, которые захватили власть в 1917 году.
Но какое отношение имеет месье геронтофил Макрон и прочие нынешние французские политики к Камилю Демулену и его подельникам, которые в 1789 году захватили, разграбили, а потом снесли Бастилию?
Ведь как сложно признаться что обосрался, да ведь?