А ля ,Николя.(Из Сети)

Четыре Еврея Россию придумали четыре еврея: Левитан, Левитан, Шишкин и Тредиаковский. Четыре дня каждый придумывал что умеет: первый Левитан придумал русский язык и про то что жы–шы пиши через и, второй Левитан придумал золотую осень и матушку–зиму, блинки и семужку, икорку и расстегайчики, Шишкин придумал кудрявые берёзки во ржи, три медведя и три богатыря. Но больше всех придумал конечно Тредиаковский: Царя–гороха и Владимира красное–солнышко — для патриархальности, Ивана–грозного — для строгости, Дмитрия–донского — для патриотизма и Ивана–калиту просто так для смеху, списал с одного своего знакомого. На пятый день евреи сели все вместе и стали придумывать разные смешные мелкие штучки: лапти и матрёшку, степь да степь, косоворотку и хохлому. Больше всего хохотали, когда самовар придумывали: просто уссались все от смеха, такая дурацкая вещица получилась.

На шестой день пошли евреи искать Русских людей. Нашли двух Татаринов — они ели у обочины дороги Лошадиное Копыто. — Тебя как зовут? — спросили евреи первого Татарина. — Файзулла, — отвечал первый Татарин. — Теперь будешь Иван. А тебя как зовут? — спросили второго Татарина. — Хайрулла, — отвечал второй Татарин. — Теперь будешь Николай, — приказали Евреи. — А нам татарам одна хуй, — отвечали Татары равнодушно. После этого Евреи поймали в овраге двух девок в полосатых штанах и привели к Русским людям Ивану и Николаю: — Вот вам жёны ваши: Алёнушка и Марьюшка. Берите кто какую хочет. — А нам поебать, — отвечали первые Русские люди Иван и Николай. После этого Евреи пожали друг другу руки, завязали на подбородке пейсы, чтобы не проглотить во сне муху и легли спать мертвецким сном, ибо сильно они утомились, Русь сочиняющи. Проснулись Евреи ровно через три года, три месяца и тридцать три дня, развязали пейсы и огляделись вокруг. Видят: стоит на пригорке Чорная изба с кривым вокруг забором, и кружит над избой Чорный Ворон. Умылись Евреи, постучали в двери, вошли чинно и поклонились низко, как сами придумали: "Мир вам, хозяева дорогие" А в избе пасмурно: хозяева водку пьют, салом закусывают, в углу свинья храпит, а рядом с ней копошится свеженародившийся Русский мальчик Васятка с синей пятнистой жопой. — Слышь, Микола, — говорит Иван, продолжая резать сало, — а ведь это Жыды к нам пожаловали. — Та пийшов ты нахуй, кацап йобаный, — отвечает Микола, зевает, — а то ж я Жыдов без тебе не бачив. Гей, Жыды, гроши е? От голоса Миколы на лавке в углу просыпается еще один совсем новый Русский человек без имени пока и без отчества, но зато с фамилией: Златокаменный, из немцев должно быть. Зевает, поправляет на носу круглые очёчки, чешет между лопатками рукояткой нагана: — Кто такие? Документы есть? Справка об окрещении в Православную веру? А справки–то и нет, справку Евреи забыли придумать.

Вот и расстреляли всех четверых: и первого Левитана, и второго, и Шишкина, и Тредиаковского, под кудрявой берёзкой в волнистой ржи. И прошли мимо них косари в лаптях и рубахах, и пролетела над ними сиза горлица, и провыл над ними Серый Волк. И такие вокруг них раскинулись просторы, что сколько ни пей, всё мало. И такая тоска и благодать от земли Русской, что только упасть в эту землю разбитой мордой, прижать её к груди да издохнуть, до того всё хорошо придумали четыре Еврея, пусть и им тоже будет царствие небесное.